Бородинскому разрезу 70 лет: самый расцвет!

Бородинскому разрезу имени Щадова, одному из крупнейших угледобывающих предприятий Сибирской угольной энергетической компании в Красноярском крае (АО «СУЭК-Красноярск»), исполняется 70 лет!

Бурый уголь, который непрерывной рекой течет из Бородино, несет свет и тепло жителям всей Сибири и Дальнего Востока. Это первое и единственное предприятие открытой угледобычи в России, кому удалось преодолеть рубеж добычи угля в миллиард тонн.

В рамках пресс-тура, который накануне Дня шахтера организовала СУЭК, нам удалось воочию увидеть, как работают на разрезе гигантские роторные экскаваторы размером с 10-этажный дом, в том числе – в режиме автокопания, узнать об инновационных разработках — бездымном топливе, а также познакомиться с бородинцами — людьми крепкой и проверенной породы.

фото: Светлана Самоделова

Старший машинист экскаватора ЭРП-2500, Заслуженный шахтер России Владимир Кукса

    Зуб весом 16 килограммов

В этом году у бородинцев двойной праздник, угольщики отмечают День шахтера и 70-летний юбилей Бородинского разреза.

В 1945-м вместо уютного и зеленого городка здесь стояли землянки. Разрез начали строить солдаты, побывавшие в плену у немцев. В начале 46-го были очерчены контуры будущего угольного карьера. Доставленные на место немецкие трофейные экскаваторы с двухкубовыми ковшами не выдержали сибирской зимы. У «немцев» на морозе лопались шестерни в ходовой части. Их заменили надежные трехкубовые «Уральцы» и «Кировцы». Первым, кто добрался до угольного пласта осенью 1948 года, стал машинист Александр Пантюхов, работающий на экскаваторе УЗТМ №40. А 29 декабря 1949 года был подписан акт о сдаче в эксплуатацию Ирша–Бородинского разреза.   

В 1953 году на разрезе случился прорыв. На горных работах был задействован шагающий экскаватор ЭШ-1. Емкость ковша у него была 4 кубометра, а длина стрелы — 40 метров. Объем вскрыши (удаление пустой породы, которая покрывает залежи угля) сразу увеличился в полтора раза. В том же году бородинские горняки «перекрыли» проектную мощность разреза – миллион угля в год.

Техника постоянно совершенствовалась. Вскоре на добыче угля стали использовать роторные экскаваторы, у которых был уже не один ковш, а несколько. (Идею копающего колеса впервые высказал еще Леонардо да Винчи). В 1976-м на Бородинском разрезе работали уже две мощные, современные «углечерпалки», которые добывали 1200 тонн угля в час. А через два года в забое появился супергигант ЭРШРД-5000 высотой с 16-этажный дом! Добычной комплекс горняки прозвали «пятитысячником». Экскаватор весил 4,5 тысячи тонны, диаметр его роторного колеса равнялся высоте 4-этажного дома, а только один зуб на ковше «тянул» на 16 килограммов. Уголь с ковшей попадал на транспортерную ленту шириной два метра и далее в железнодорожные вагоны.  

Бородинский разрез всегда был в «пионерах», на его базе проходили первые испытания высокопроизводительной техники. Так, в декабре 1982 года здесь был запущен первый в Красноярском крае экскаватор ЭРП-2500 № 3, в конструкцию узлов которого завод-производитель внес ряд изменений.

Именно на этом экскаваторе-гиганте, знаменитой «тройке», правда, к этому времени значительно модернизированном, в феврале 2016-го был отгружен первый добытый Бородинским разрезом угольный миллиард.

Сегодня добычу угля на Бородинском разрезе обеспечивают 40 единиц мощной высокопроизводительной техники.

     Чудо-«тройка»

Накануне Дня шахтера нам представилась возможность увидеть, как работает крупнейшее предприятие открытой угледобычи в России.

Притормаживаем на смотровой площадке. Бородинский разрез с высоты – как на ладони. По уступам проложена разветвленная сеть автомобильных дорог и железнодорожных путей. Тепловоз, тянущий за собой вагоны, кажется игрушечным. Выглядит все, как на макете…

Отрезвляет проехавший рядом поливочный БелАЗ, который борется с пылью – поливает дороги в жаркую, сухую погоду. В карьере он нам казался меньше спичечного коробка. Сейчас на одно только его колесо мы смотрим снизу вверх, задрав головы.

Протяженность разреза на самом деле более семи километров, ширина – два километра, глубина – до ста метров. Когда-то рабочая зона примыкала прямо к городу. Горняки ходили на работу пешком. Сегодня в траншею, где ведется угледобыча, нужно проехать около 8 километров. При этом рабочая зона остается стабильной – около 500 метров, по мере отработки угольных пластов она продвигается на юг, примерно на 60 метров в год.  

Добыча угля здесь ведется открытым способом.

— Уголь Бородинского разреза мы отгружаем на все красноярские ТЭЦ, работаем на новосибирскую, барнаульскую, алтайскую энергосистему, на Хакасию. Нашим углем обогревается вся Сибирь, – говорит директор АО «СУЭК-Красноярск» Андрей Федоров.

Разрез работает 365 дней в году, 24 часа в сутки. Работа не прекращается, даже когда температура опускается ниже 40 градусов мороза. При этом предприятие постоянно наращивает мощности, в 2018 году промышленный гигант выдал 21,6 млн тонн угля, в этом году к этому результату планируется «прирастить» еще 10%, а к концу 2020-го – вывести добычу на уровень 26 млн тонн угля в год.

— Непосредственно на разрезе работает 1,5 тысячи человек. Средняя зарплата – около 50 тыс. рублей, – говорит управляющий Бородинским филиалом «СУЭК-Красноярск» Николай Лалетин.

Возникает резонный вопрос: на сколько еще хватит промышленных запасов?

— За спиной у меня лежит 4 миллиарда тонн угля, – показывает на разрез заместитель генерального директора по производственным операциям СУЭК Владимир Артемьев. – Угля хватит еще на несколько веков постоянной работы. Ранее уголь с Бородинского разреза шел в том числе и на экспорт, сейчас он используется в основном для внутренних нужд.   

А мы тем временем, облачившись в каски и сигнальные жилетки, едем в траншею. Нам напоминают правила техники безопасности. Флагман Бородинского разреза роторный экскаватор ЭРП-2500 виден издалека. Габариты высокопроизводительной горной машины просто завораживают. В мощной конструкции высотой с 10-этажный дом есть что-то от гигантского механического летающего ящера – птерозавра.  

Когда экскаватор, задрав «хобот», роторное колесо диаметром восемь метров, хищно вгрызается в угольный пласт, кто-то из коллег роняет: «Инопланетное вторжение…»

Как завороженные смотрим, как горная машина весом 1860 тонн рубит уголь. На роторном колесе по кругу расположены 18 ковшей, каждый из которых вмещает 330 литров. Обернется колесо один раз, на транспортерную ленту упадет около 6 тысяч кубометров угля, за час – 2500 кубов.  

«Горные машины постоянно проходят модернизацию. На роторных комплексах меняют электрику, механику, ставят новое оборудование.

— В эту технику вложен огромный инженерный труд, эти машины сами по себе совершенны, аналогов им нет, – говорит Владимир Артемьев. – Конечно, технологии не стоят на месте. Еще лет 20 назад роторный экскаватор управлялся рычагами, теперь джойстиками. Раньше для диагностики машинисту приходилось останавливать экскаватор и шаг за шагом осматривать машину со всех сторон. А сейчас это делает электроника, которая выводит данные о состоянии различных систем и узлов на монитор в кабине машиниста. Сразу можно понять, где произошел сбой или поломка.

Директор АО «СУЭК-Красноярск» Андрей Федоров, в свою очередь, подчеркивает, что машинист экскаватора сегодня – это квалифицированный оператор мощного оборудования.

— Техника у нас на самом деле серьезная, длина экскаватора — 60 метров, высота – 31 метр, стрелы – по 30 метров, – говорит заслуженный шахтер России Владимир Кукса, он уже десять лет работает старшим машинистом на экскаваторе ЭРП-2500.  – Управляем мы машиной с помощью двух небольших джойстиков: подъем, правый поворот, ход и разворот, – для этого есть отдельные клавиши. На экскаваторе установлены камеры, мы видим на мониторе все узлы, как стрела грузит, что происходит в бункере. Например, сразу поймем, если камень туда попал.   

Кабина машиниста экскаватора – что кабина пилота. В ней поддерживается комфортная температура. Она оборудована кондиционером и теплопушкой. А сам роторный комплекс для горняков – второй дом. Здесь есть даже кухня, где можно в микроволновке разогреть еду, вскипятить чай и пообедать.

— Только недавно экскаватор прошел модернизацию, машину перевели на микропроцессорную систему управления. Поменяли все кабели, в машинных залах теперь стоят компактные шкафы управления, – говорит Владимир Кукса. –Установили также новые электрические машины, которые очень просты в обслуживании.

Смена длится 12 часов. Экскаватор обслуживают машинист ротора (старший в смене), машинист погрузки и еще один машинист, который их подменяет.

— Машина – большая, узлов много, также нам помогают три помощника, – говорит Владимир Кукса. – Смена начинается с получения наряда, потом проходим медосмотр, тестирование на специальных терминалах, отвечаем на вопросы, которые касаются производства, техники безопасности и даже медицины. Выезжаем на разрез, принимаем смену и начинаем работу.

— Сколько времени требуется, чтобы заполнить углем железнодорожный вагон?

— Когда была Шахтерская олимпиада, укладывались в 40 секунд. Обычно, если крепкий забой, чтобы машину «не рвать», стараемся работать в щадящем режиме, вагон загружаем за минуту — полторы.

     Трудовой стаж шахтерской династии — 200 лет                          

Не только у летчиков есть автопилот, но и у горняков теперь тоже. На экскаваторе-гиганте сейчас тестируют режим автокопания. Машина на определенных участках может работать практически без участия человека. Машинист, он же оператор, только контролирует процесс.

По словам генерального директора «СУЭК-Красноярск» Андрея Федорова, на разработку технологии ушло около года. Если испытания пройдут успешно, уже до конца года на разрезе намерены запустить автокопание в полноформатном режиме.

— Выбираешь по току, грубо говоря, выставляешь 400 ампер, делаешь поворот до конца, ставишь пятое положение. Выставляешь время, например, 8 секунд, нажимаешь кнопку, все – машина идет сама, постоянно «стружечку» держит 2,5 тысячи кубов в час, – объясняет машинист Владимир Кукса.

Сын у Владимира тоже работает на разрезе машинистом экскаватора. Угольный гигант, Бородинский разрез, вообще славится своими горняцкими династиями. Вот и братья Александр и Николай Герменчуки говорят: «Добыча угля – дело семейное». Общий трудовой стаж их крепкой шахтерской династии – 200 лет. Сначала на разрез пришла работать Таисья Павловна Герменчук, а после окончания школы – и трое ее сыновей. Старший, Николай Герменчук, стал полным кавалером знака «Шахтерская слава», почетным шахтером, почетным работником угольной промышленности РФ. 45 лет отдал Бородинскому разрезу, из них – без малого четверть века возглавлял экипаж экскаватора ЭР-1250 № 5. Бок о бок с ним на «пятерке» трудился его брат Александр. Его трудовой стаж тоже – более сорока лет. Он был награжден знаком «Шахтерская слава» II и III степени, получил звание «Почетный шахтер». Следом за отцами работать на Бородинский разрез пришли их сыновья и дочь. Семья Герменчук представлена на разрезе уже третьим поколением.

В этом году у разреза юбилей, 70 лет! За этой цифрой – тысячи людских судеб, кто с помощью кирки и лопаты начинал рыть первую траншею, вводил новые мощности, осваивал технику.

— Главное на разрезе, конечно, люди. План делали при любой технике, и малой и большой, — говорит Анатолий Отческих,  бывший директор Бородинского ремонтно-механического завода (сервисное предприятие СУЭК, которое помогает поддерживать горнотранспортную технику в работоспособном состоянии).  

Анатолий Отческих вспоминает, как приехал в 1974 году после окончания Свердловского горного института по распределению в Бородино.

— Вышел из автобуса и сразу провалился по колено в грязь, понял, что зря не надел сапоги. Но потом ни разу не пожалел, что попал в Бородино. Здесь я встретил очень много хороших людей. Попал в очень дружный коллектив, в бригаду «старших», где почти все были участниками Великой Отечественной войны. Мудрейшие люди, они меня многому научили. А первый из советов, который мне дали, был – не бояться грязной работы.

Сначала Анатолий Отческих работал электрослесарем, потом – механиком участка, главным механиком.

— Однажды встал самый боевой по тем временам экскаватор Э-562, – рассказывает ветеран. – Выехал механик, потом старший механик, проходит день, второй, не могут найти неполадку. А это ЧП, план «горит», уголь надо грузить. Послали меня, как главного механика. Закавыка там была еще та! Неисправность была глубоко спрятана, в редукторе поворота внизу оторвало болты. Устранили неполадку, спасли план, выговоров по партийной линии не последовало. 

Немало на разрезе работало и работает женщин. Сейчас в траншее можно увидеть маркшейдеров, кто планирует и контролирует разработки горных выработок, специалистов отдела технического контроля, есть даже женщина – машинист насосной установки.

Несомненно одно: профессия горняка меняется.

— Уменьшаются риски, опасность, нагрузки на человека, умственный труд вытесняет физический, – говорит заместитель генерального директора по производственным операциям СУЭК Владимир Артемьев.

Возвращаясь с разреза, видим, там, где раньше велась угледобыча, теперь растут сосны, ели, облепиха. Горняки после завершения выработки угольных пластов восстанавливают природный ландшафт за счет завоза плодородных слоев почвы. На тех участках, где рекультивация была проведена, за несколько лет уже вырос целый лес.

— Живность начала сюда перемещаться, куропатки, тетерева, белки, зайцы, лисы. Им спокойно на огороженной территории. Рядом с разрезом получился такой вот мини-заповедник, – говорит технический директор «СУЭК-Красноярск» Евгений Евтушенко. – Площадь таких рукотворных лесов в Бородино превышает 660 га. Год назад, осенью, самую восточную точку разреза, где земли готовятся к рекультивации, на несколько недель облюбовали журавли. Стая отдыхала, набиралась сил перед длительным перелетом.

СУЭК считает защиту окружающей среды неразделимой частью производства. Например, карьерные воды Бородинского разреза собираются, откачиваются и проходят через комплекс современных очистных сооружений. Специалисты говорят, что ту воду, что сбрасывают потом в реку Баргу, смело можно пить. Она проходит две стадии механической очистки, биоочистку, а также насыщается кислородом.

  «Сибирский брикет»

Совместно с научным сообществом Сибирская угольная энергетическая компания разработала уникальную технологию, которая позволяет получать экологически чистое бездымное топливо (выпускается под торговой маркой «Сибирский брикет»).

В Красноярске, в испытательном цехе «СибНИИуглеобогащение», мы наглядно смогли сравнить, как горит обычный бурый уголь и бездымное топливо.

В одну печь засыпали полведра угля, в другую – полведра брикетов. В первом испытательном котле бились языки пламени, во втором – брикеты только тлели.

В вытяжках, отходящих трубах обеих печей, были проделаны разрезы, куда начальник управления инновационных технологий переработки угля АО «СУЭК-Красноярск» Сергей Степанов поочередно вставляет пластину, перекрывая доступ воздуха. Из трубы той печи, где горел уголь, валил черный дым. Где горели брикеты, отходящих газов вообще не было видно, как и удушливого запаха.

— Нет видимого дыма и, соответственно, нет вредных веществ, которые выделяются при терморазложении угля, в частности – бензапирена, который относится к веществам первого класса опасности, – говорит Сергей Григорьевич.  

Специалисты подчеркивают: сам продукт отнюдь не новый, оригинальна сама технология производства брикетов, которая защищена рядом патентов РФ и не имеет аналогов в мире.

Бурый уголь по специальной технологии проходит термообработку в котле с «кипящим слоем», где отгоняется вся влага, удаляется часть летучих веществ, в результате на выходе получается аналог древесного угля – экологически чистое топливо.

— Бездымное топливо обладает повышенной калорийностью, или теплоотдачей – более 6000 Ккал/кг. Его требуется в 1,5-2 раза меньше, чем угля, – говорит заместитель генерального директора «СУЭК-Красноярск» Михаил Мангилев.

В феврале-марте 2019 года СУЭК совместно с Минэкологии Красноярского края и администрацией Красноярска провели уникальный социально-экологический эксперимент.

9 тысяч домохозяйств краевого центра получили бесплатно для опытного сжигания по 300 килограммов, 15 мешков, бездымных брикетов.

Ранее специалисты отметили, что дым от частного сектора является доминирующим загрязнителем в городе-миллионнике – Красноярске.

— В Красноярске расположено 13 тысяч домостроений, то есть по всему городу разбросано несколько сел, – говорит доктор технических наук Сергей Степанов. – Еще 5 – 7 лет назад они топились ворованной электроэнергией, а когда энергетики «затянули гайки», поставили умные системы учета и стали штрафовать за незаконные врезки, все затопили печи. Сейчас откуда бы не дул ветер, все выбросы из низких труб летят на город и сразу попадают в наши легкие. И если котельные, ТЭЦ имеют высокие трубы, с большим радиусом рассеивания, и снабжены системой газоочистки, то в частном секторе ее нет.

Экологический эксперимент с использованием бездымного топлива дал ошеломляющие результаты. Передвижная лаборатория Минэкологии зафиксировала сокращение в воздухе концентрации оксида углерода, диоксида и оксида азота и взвешенных веществ в два раза, а концентрация опасного для человека бензапирена снизилась в 6 раз, а в отдельные дни его содержание было ниже уровня обнаружения.

— В сентябре 2019 года на базе Березовского разреза мы планируем запустить в эксплуатацию промышленный комплекс глубокой переработки угля мощностью 30 тыс. тонн в год с последующим увеличением объемов до 60 тыс. тонн, – говорит Михаил Мангилев. – Одним из продуктов комплекса станет бездымное топливо. Если администрация города обеспечит дотацию, «Сибирский брикет» будет по карману всем жителям частного сектора Красноярска. Что приведет к снижению выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух города.

Источник

Похожие статьи

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены (обязательно)